Есть страны, издалека не приметные, но с такой сильной энергетикой, что, оказываясь там, сразу попадаешь в плен: влюбляешься навсегда. Ирландия на протяжении веков доказывала свою уникальность, независимость, непохожесть, и одно это достойно уважения. Эта страна так и не стала частью Британии, единственное наследие, которое она приняла, — это язык, имеющий в ирландской версии притягательный мягкий акцент и особую мелодику.

Ирландцы и язык

Ирландский английский удивительно разнообразен. Несколько лет назад я познакомилась с ирландцами из Корка и долгое время была уверена, что певучий акцент — удел всех кельтов. Потом мне встретилась дама из графства Клер, и к певучести добавился шум морского прибоя. По мере того как список знакомых расширялся, представление об ирландском акценте значительно корректировалось. Уроженцы Белфаста говорят скороговоркой, делая интонационное ударение на последнем слове или слоге. Жители Дублина смягчают согласные, добавляют в английский несвойственные ему шипящие, не произносят межзубные th, заменяя их t или d, а буква u как пишется, так и слышится. В результате bus превращается в «бусш», but в «бутч», а think в «тинк».

Но все это особенности произношения простых ирландцев, не особенно следящих за тем, чтобы их речь была понятна приезжим. В языковых школах дела обстоят по-другому: преподаватели и сотрудники говорят на правильном английском, которому и учат иностранных студентов. Не удивляйтесь, если со свойственной ирландцам гордостью вам заявят, что нигде, кроме Ирландии, не говорят на таком хорошем английском.

Эти слова Бернарда Шоу любят цитировать многие, но мало кто (если вообще кто-нибудь) внятно объяснит, что имеется в виду. Ирландцы более отчетливо, чем англичане, произносят звуки (в частности r), имеют спокойную нейтральную интонацию. Временами кажется, что вы вовсе и не в Европе, а где-нибудь в Бостоне, чему сразу же находится объяснение: многочисленные эмигранты из Ирландии в значительной степени сформировали язык, который теперь называется American English.

С Америкой у Ирландии вообще особые отношения. Это, пожалуй, одна из немногих европейских стран, где к США относятся уважительно, даже почтительно, как к старшему брату. «Почему вы никогда ни с кем не вступали в альянс? Почему той же Британии сопротивлялись в одиночку?» — спросила знакомая француженка у Питера, уроженца Северной Ирландии. «У нас есть Америка! — гордо заявил он. — Пусть только кто-нибудь попробует на нас напасть, на следующее же утро здесь будут американцы со всей своей военной мощью». Впечатляет.

Это вечное стремление плыть против течения, быть не как все, плевать на устои и правила, проживать любой день как последний определяет национальный характер. Это то, что «цепляет», что делает нас похожими, что сближает с полуслова, полувзгляда, с одного глотка «Гиннесcа».

Ирландцы и Дублин

Дублин — город маленький, если все время вращаться в центре. Сколько раз я была там раньше, а дальше шестого квартала (районы Дублина пронумерованы в зависимости от удаленности от центра) не попадала, считала что там-то и кончается город. И вот наконец мне удалось расширить границы опыта: дом, в котором мне предложили поселиться, располагался аж в Дублине-14! Забегая вперед, скажу, что не так уж это и далеко, как может показаться: всего-то 30–40 минут до Тринити-колледжа на автобусе.

Хозяйка дома Мэри представляла собой лучший образец настоящей ирландки. В ее памяти было живо бедное детство в патриархальной, забытой Богом стране, но она всегда верила, что придет день, когда все изменится к лучшему. И вот смотрите, мои дети живут в достатке, путешествуют по миру, внуки ни в чем отказа не знают. Да, цены подскочили до заоблачных высот, but we’ll manage that. На ее руках — парализованный муж, а еще с годовалым внуком Феноном время от времени приходится сидеть, да и постояльцы требуют внимания, стирка, уборка, готовка, разговоры по душам… Но хоть бы раз она пожаловалась на жизнь… Так нет: своим оптимизмом, стойкостью и присутствием духа она заражала всех окружающих, не давая расстраиваться по пустякам.

Конечно, не все ирландские семьи одинаковы. Мне повезло: в доме у Мэри всегда была вкусная еда, кофе по-итальянски, искренняя забота и отсутствие строгих правил. Она умудрялась находить общий язык даже с теми, кто по-английски, кроме Hello, не знает ни слова. Она, не скупясь, отдавала любовь, и ее жизнь, заключенная в четырех стенах, наполнялась смыслом. Вряд ли стоит ждать такой же самоотдачи от любой семьи, куда бы вы ни попали. Но, пожалуй, только в Ирландии мне приходилось слышать от студентов столько добрых слов и удивительных историй о принимающих семьях.

Ирландцы приветливы и гостеприимны, любят поболтать, с интересом знакомятся с новыми людьми, но для такой маленькой страны, долгое время жившей замкнутой жизнью, массовый приток иностранцев — рабочих, эмигрантов, студентов — оказался настоящим испытанием.

Темнокожие и раскосые лица, возможно, уже и не вызывают такого нездорового интереса, как раньше, но политкорректными дублинцев не назовешь. Впрочем, Дублин не Лондон, на улицах которого бывшие колонии представлены во всей красе. К тому же соответствующих иммиграционных законов в Ирландии никогда не было (да и зачем они, если на протяжении веков из этой страны только уезжали — за океаном ирландцев живет в несколько раз больше, чем в самой Ирландии), и их пришлось в спешном порядке изобретать. А что получается в спешке, известно.

Кого в Дублине действительно много, так это итальянцев. Представьте себе: Дублин-14, раннее утро, автобусная остановка, подъезжает двухэтажный «бусш», садишься в него и не понимаешь, что происходит, — вокруг все говорят по-итальянски! Моя соседка Эмануэла, естетственно, итальянка, не долго думая заметила: «Считай, что ты в Италии зимой». А скоро нашлось и объяснение: все эти экспрессивные, загорелые и совсем неанглоговорящие пассажиры ехали в языковую школу Emerald Cultural Institute на уроки английского.

Ирландцы и Emerald

Emerald Cultural Institute (ECI) можно было бы считать одной из многих, в общем похожих друг на друга и примерно одинаковых по качеству преподавания английского школ, если бы не несколько обстоятельств.

Во-первых, расположена она не в центре, как большинство дублинских языковых школ, а в южной части города в благополучном районе Ратмайнс. Занимает особняк, с садом, внутренним двориком и дополнительными постройками, в которых размещаются кафе, классы, комнаты отдыха, служба организации досуга. Большие просторные комнаты с высокими потолками, каминами и панорамными окнами мало напоминают привычные классы.

Во-вторых, готовьтесь к тому, что здесь будет много итальянского: директор, повара и официанты в кафе, студенты (см. выше), группы итальянских учителей, бизнесменов, школьников. Не знаю, кому как, а для меня это плюс: можно еще и в итальянском попрактиковаться. Но в любом случае это лучше, чем если бы в школе были одни русские.

В-третьих, Emerald — одна из немногих языковых школ, которые организуют ежедневные бесплатные экскурсии после уроков и имеют достаточное количество компьютеров с бесплатным интернетом, чтобы не ждать своей очереди по неделе.

Emerald может себе позволить и действительно хороших учителей, что на самом деле гораздо важнее жидкокристалических мониторов, хрустальных люстр и каминов из красного дерева. В каждой группе — два преподавателя: один ведет грамматику, другой — разговорную часть. Правда, в класах продвинутого уровня такого жесткого деления нет, и уроки, скорее, напоминают разговоры «за жизнь», прерываемые объяснением новых слов, фраз и речевых конструкций. К тому же, «продвинутые» группы, как правило, маленькие — 4–5 человек — и смешанные, учителя им достаются обычно самые лучшие.

В результате четыре часа General English превращались в страноведческо-культорологические лекции. За три недели мы прослушали краткий курс ирландской истории, узнали о конфликте поколений по-ирландски, об ужасном состоянии системы зравоохранения, о различиях в алкогольных и кулинарных пристрастиях ирландцев с севера и юга («Jameson — для туристов и женщин, а вот Bushmill — это вещь», — утверждал Питер), о невероятной красоте севера Ирландии и о сложном отношении современных ирландцев к католической церкови. Ирландия меняется, неизменными остаются сила духа, любовь и красота.

Цены на обучение и проживание в ECI (в евро, за 2 недели)

Общий английский, подготовка к экзаменам — 410 

Комбинированный курс — 820 

Индивидуальные занятия — 43 за час

Проживание в семье (п/п) — 300 

Дополнительная информация: www.eci.ie

Елена КОПТЕЛОВА / Журнал «Обучение за рубежом», № 11, 2003 год